Говорят, у Медузы очень красивые глаза, Странник. Посмотри и убедись, если не веришь.
Говорят, у Медузы очень красивые глаза, Странник. Посмотри и убедись, если не веришь.
Страшэнны біч нябёс — паморак з нейкіх пор
Лютуе па лясах. Звяры прыўнылі,
Нібы ім дзверы ў пекла адчынілі.
Смерць ходзіць па палях, лагчынах, высях гор.
Куды ні глянь, валяюцца ахвяры;
Чакаюць смерці сумныя, як хмары.
Яна бязлітасна, як сена, косіць іх,
А тыя, што яшчэ ў жывых,
Чакаюць смерці сумныя, як хмары...
Іван Крылоў "Паморак"
Паморак — так в белорусском фольклоре назывался демон, персонифицировавший одноименное явление, то есть мор, прежде всего падеж скота. Он представлялся в виде животного (кота, собаки, коровы-яловки (367: с.461)), человека (старой бабы ("косы расплецены, твар цёмны, бы зямля, толькі вочы блішчаць" (33)), худой молодой женщины, жуткого одноглазого деда с косматой бородой, нищего, девушки, у которой уж сосет грудь, и так далее).
Паморак заўжды выглядае як стары дзед. Ён худы-худы, аж косці тырчаць. А барада ў яго такая длінная, што ўдзівіцельна, як ён не запутаўся.
Запісана ў в. Шэйка Веткаўскага р-ну Гомельскай вобл. Рэспублікі Беларусь ад Лутковай Алены Пятроўны, 1928 г.н. (505: с.210)
Паморак всегда выглядит как старый дед. Он худой-худой, аж кости торчат. А борода у него такая длинная, что удивительно, как он в ней не запутывается.
Записано в д. Шейка Ветковского р-на Гомельской обл. Республики Беларусь от Лутаковой Анны Петровны, 1928 г.р. (505: с.210)
Кажуць, у нас перад апошнім паморакам у суседнюй вёсцы адзін чалавек свімі вачыма бачыў, як змрокам якаясь худая бы смерць жанчына хуценько пап'ёрласа да вёскі перш выганам, а потым загумеччам да агародамі. Толькі яна залезла туды, як пачала ламаць, пачала касіць, дак немаль паўвёскі вылажыла.
Запісана ў в. Гаўрыльчыцы Салігорскага р-ну Мінскай вобл. Рэспублікі Беларусь ад Мікіты Сергеяні (367: с.460)
Говорят, что у нас перед последним памораком в соседней деревне один человек своими глазами видел, как в сумерках какая-то худая как смерть женщина быстренько побежала к деревне сначала выгоном, потом загуменьем огородами. Только она залезла туда, как начала ломать, начала косить, так почти полдеревни положила.
Записано в д. Гаврильцицы Солигорского р-на Минской обл. Республики Беларусь от Никиты Сергеени (367: с.460)
Превратившись в человека, Паморак старался проникнуть в село, где люди еще не болели: просил крестьянина подвести его на повозке до деревни или переправить через реку. Если кто покупался на его просьбу, Паморак пробирался в село и начинал уничтожать людей. Обернувшись старой бабкой или нищим, Паморак мог попроситься к людям в дом на ночь. Иногда хозяева жалели стариков и пускали, тогда в хозяйстве начинала умирать скотина, а в доме болели дети.
Шчэ расказваў мне дзед, што ў іх вёску паморак прыехаў з нашым аднасяльчанінам. Васіль ехаў на возе і ўбачыў чалавека, а той быў такім змораным, што мужык яго пажалеў і прапанаваў да сваёй вёскі падвезці. Во так паморак у вёску і забраўся к нам. Сяльчане яго жалелі, к сабе ў госці звалі. Але потым прымецілі, што пасля таго, як у іх пабыў еты чалавек чужы, у сям’і няшчасці пачыналіся. Людзі зразумелі, што ета быў паморак.
Запісана ў в. Глыбаўка Веткаўскага р-на Гомельская вобл. Рэспублікі Беларусь ад Гулевіч Кацярыны Фёдараўны, 1947 г.н., студэнткай Шаўко І. (2006 г.) (505: с.210)
Еще рассказывал мне дед, что в их деревню поморок приехал с нашим односельчанином. Василь ехал на повозке и увидел человека, а тот был таким истощенным, что мужик его пожалел и предложил до своей деревни подвезти. Вот так поморок в деревню и забрался к нам. Сельчане его жалели, к себе в гости звали. Но потом приметили, что после того, как у них побыл этот чужой человек, в семье несчастья начинались. Люди поняли, что это был поморок
Записано в д. Глыбовка Ветковского района Гомельской области Республики Беларусь от Гулевич Катерины Федоровны, 1947 г.р., студенткой Шавко И. (2006 г.) (505: с.210)
А бывало и наоборот — у всех скот начинал болеть и умирать, а у того хозяина, что подвез Паморка, все со скотиной было нормально:
А ў нас адзін дурны чалавек дак нават яшчэ падвёз у вёску паморак, ды толькі тагды дагадаўса, як ужэ ён пачаў класці людзей да гаўядо. Кругом людзі лажацца лоскам, а той чалавек і яго сямейка хаць бы што. Дагадаліса людзі, што гэто не так, да й пытаюць яго, чаму гэто паморак абыходзіць яго хату.
Запісана ў в. Гаўрыльчыцы ад Мікіты Сергеяні (Салігорскі раён Мінскай вобласці) (367: с.460)
Говорят, что у нас перед последним памораком в соседней деревне один человек своими глазами видел, как в сумерках какая-то худая как смерть женщина быстренько побежала к деревне сначала выгоном, потом загуменьем огородами. Только она залезла туда, как начала ломать, начала косить, так почти полдеревни положила.
Записано в д. Гаврильцицы от Никиты Сергеени (Солигорский район Минской области) (367: с.460)
Если же сообразительный человек догадывался, с кем он имеет дело, то он под разными предлогами отводил Паморка на болото, где и топил его, или толкал в огонь. Огонь, добытый трением ("живой огонь"), считался эффективным средством от Паморка. На месте его добычи и на концах деревни раскладывали костры, которые горели день и ночь, чтоб Паморок не мог войти в село. Тот огонь давали во все дома, где старались чтоб он никогда не потух. Домашнюю скотину загоняли в леса, на островки за болотами и, поставив там шалашы, пасли стадо до самой зимы. Кроме того ежедневно сутра и вечером окуривали скотину шерстью хорька, волчьим дерьмом или куском старой шкуры (шкуратом): надеялись, что такой вони никакая болезнь не выдержит (367: с.463).
Если Паморок приближался, крестьяне всей деревней шли в лес, валили самую высокую елку, сажней в 10, выносили ее на себе и уже в деревне делали из нее самый главный оберег — крест, который ставили на пригорке, чтоб его отовсюду было видно. Считалось, что Паморок обязательно будет если гром гремит на сухие деревья.
А в присловьях Паморок часто выступает как вместо черта и прочих нечистиков: "Поморок ёго ведае" ("Паморок его знает"), "Коб на тебэ поморок найшоў!" ("Чтоб на тебя Паморок напал"); "Ой, не озьме цебе поморок!" ("Ой, не возьмет тебя Паморок") и проч.
Comments
Цитата с записью Шевко - это источники за номерами 505 и/или 611
Это Міфалагічныя ўяўленні беларусаў - Мінск, «Права і эканоміка», 2010 - 262 с.
Паморак - с. 117.
ну ага. 505 в библиографии, пдф в репозитории лежит. и это еще не значит, что его и во второй книжке нету.
И да - в статье это указывай сразу со страницами ;)
Онлайн источник - тоже надо идентифицировать с какой книги надергано. Вот тут что-то похожее, но не могу сообразить, что за оно: http://www.studfiles.ru/preview/2524882/page:13/
Какая-то путаница пошла с номерами источников. 367 ваще как-то рандомно.
Отправить комментарий